После выхода множества проектов, в которых история Руси была представлена в жанре батальной драмы, видимо, настал черед комедий. Не исключено, что когда-нибудь здесь снимут фильм в духе «Астерикса и Обеликса» в древнерусских декорациях, «Холоп» уже стал большим хитом, «Казачок» можно считать за попытку сделать нарядно и смешно в формате сериала. Создатели «Очень древней Руси» тоже решили построить мост между современностью и глубиной веков. Но конструкция получилась довольно странной.
По сюжету Иван-дурак (Антон Богданов), когда-то получивший об Бабы-яги (Ольга Хохлова) подкову на удачу, наслаждается жизнью, которую ему эта подкова, видимо, обеспечила. Карьера балалаечника-гастролера, приличный заработок, вечеринки, поклонницы... Во время очередного загула подкова куда-то теряется, а вместе с ней теряется привычная жизнь. Жена уходит к воеводе, дети с отцом не общаются, а Баба-яга в качестве выхода из сложившейся ситуации предлагает Ивану найти нормальную работу, стать уважаемым человеком и вернуть жену, потому как удача держалась не на подкове, а на любви.
Все происходящее время от времени поясняет гусляр Садко (Никита Кологривый), и его ремарки небесполезны. Сплав современного лексикона и декораций под старину всегда выглядит весьма специфично. А в данном случае фантазия авторов разыгралась не на шутку. В деревне есть салон красоты, лошадям делают что-то вроде тюнинга с литыми подковами, предлагаются услуги мобильной связи (за мобильность отвечают шустрые детишки, разносящие сообщения) и службы доставки. На таком фоне Кологривый с длинными волосами выполняет роль навязчивого напоминания о том, что все это эксцентрика под соусом абсурда, а потому и относиться к происходящему в кадре нужно соответствующе.
Вроде бы в проекте есть многое для смеха. Звезды со сложившейся комедийной репутацией, весьма уместные для жанра суета и неразбериха, наконец, уже упомянутый абсурд. В общем, смейтесь на здоровье. Однако мешают средненькие стандарты местной телекомедии. Многие из них плотно ассоциируются с не очень свежим анекдотом. Вроде рассказывают его весьма артистично, но финал известен. К тому же герои эти где-то уже мелькали, точно так же, как и декорации, наряды, прически, гримасы, далее по списку. Все как будто не самое свежее и много раз пробованное.
Подобные капризы, скорее всего, могут раздражать любого участника сериальной индустрии. Все они могут сказать: «Вы знаете, как нелегко придумывать шутки на конвейере? Каково это — пахать двенадцатичасовые смены! У нас здесь нет плохого самочувствия и нерабочего настроения, вкалываем как лошади и не жалуемся. Так что смотрите и радуйтесь относительному изобилию». В каждом слове будет правда, кино у нас и впрямь снимается вопреки всему.
Однако есть здесь одна тонкость. Если бы эти снятые вопреки всему, в том числе и здравому смыслу, фильмы и сериалы заполнили сетку вещания всех каналов, то и поводы для возмущения находились бы с большим трудом. Но вот проскользнет в каком-нибудь эфире фильм Вуди Аллена или что-нибудь попроще — и выяснится, что не все шутки рождаются в муках, а сюжеты могут интриговать и даже сбивать с толку. Ох уж эти вечные единство и борьба противоположностей...
